Nikkatsu фильмы

Но Садако роднят с Ойвой не только обстоятельства - в постановке театра кабуки содержится хрестоматийный эпизод, в котором Ойва расчесывает свои длинные черные волосы, полностью закрывающие ее лицо. КиноПоиск вспомнил историю создания оригинального «Звонка» и выяснил, как этот фильм изменил жанр. Именно на этом контрасте построена большая часть обманчиво неторопливо развивающегося фильма. Для Накаты было принципиально важно показать, что традиционная модель семьи себя изжила. Принципиальной точкой расхождения «Звонка» с национальными фольклорными традициями стала концепция мести, осуществляемой Садако. Примечательно, что «Звонок» открывается сценой, которая словно пришла из другой национальной традиции: две девочки-подростка, оставшись дома одни, развлекаются, пугая друг друга страшилками про кассету-убийцу. Во время открывающего фильм эпизода зритель вместе с героями балансирует между ощущением параноидального страха и иллюзорной безопасности. Бойкий параллельный монтаж, примененный Вербински, возможно, придает ситуации динамизма, но разрывает целостность эпизода, вырывает зрителя из цепких лап кошмара. Наиболее очевидно параллель «Звонка» с фольклорными легендами проявилась в персонаже Садако.

Капкан для Золушки / A Trap for Cinderella. Фильм. 4 Серия. StarMedia. Детектив.

. Садако Такахаси, родившаяся за год до смерти Мифунэ, также была, по собственному утверждению, медиумом, обладавшим редким даром нэнся - способностью силой мысли запечатлевать образы на различных предметах. Один из самых известных примеров кинообраза колодца представлен в классическом фильме ужасов Канэто Синдо «Онибаба», в котором главные героини заманивали солдат в глубокую яму, скрытую среди камышей. Однако вдумчивый, внимательный взгляд, продемонстрированный Накатой в «Звонке», остается актуальным. Nikkatsu фильмы. Колодец в замке Химэдзи на западе Японии Образ колодца, которому уделяется немаловажное место в фильме Накаты, также является достаточно традиционным для японского фольклора - именно там трагически заканчивали жизнь многие героини легенд о юрэй. Наката же был полон решимости снять документальный фильм о Лоузи и, чтобы накопить на необходимый бюджет, стал набирать заказы на различные игровые проекты. Противостояние старого и нового также проявляется в том, как «Звонок» раскрывает тему проклятия, передающегося с помощью технологических достижений - видеомагнитофона, телевизора, телефона. Проклятие Садако функционирует по принципу вируса, единственная движущая сила которого - максимально эффективное распространение. Тем не менее именно такое начало, словно позаимствованное из американского молодежного ужастика, задает тон всему дальнейшему повествованию. Символичной в данном случае является и тема воды. Иллюзорная безопасность Ощущением неотвратимости грядущего пропитана вся художественная ткань картины Накаты. На их фоне фильм Накаты и картина Санчеса и Мирика при всех стилистических различиях стали провозвестником принципиально иного вида хоррора. Согласно многим японским легендам, вода - проводник из мира людей в мир духов. В основу книги были положены реальные трагические истории двух женщин - Тидзуко Мифунэ и Садако Такахаси. Проклятие как вирус Ставшее каноническим изображение Садако, при котором ее лицо большую часть времени скрыто от зрителя, было не только данью традиции, но и принципиальным творческим решением Накаты. В оригинальном романе Судзуки Садако также становилась жертвой насилия - ее изнасиловал и убил врач, который позже избавился от тела, сбросив его в колодец. Используя минимальные монтажные средства, режиссер создает у публики эффект присутствия с полным погружением в ситуацию, с ощущением полной беспомощности перед лицом неотвратимого.

Трясущаяся камера, так свежо смотревшаяся в картине Санчеса и Мирика, в позапрошлогодней «Ведьме из Блэр» довела фильм до стадии полной несмотрибельности. Сам режиссер не раз признавался, что наиболее слабой стороной его предыдущей работы было то, что он слишком часто и подробно показывал лицо титульного призрака, оставляя мало пространства для воображения. При работе над «Звонком» Наката решил обратиться к принципиально иной методологии хоррора, когда зрителя не пытаются напугать шоковыми эффектами, но приглашают самостоятельно достраивать жуткие образы. Новое поколение слэшеров, растиражированных после успеха самопародийного «Крика» Уэса Крэйвена, отличалось нарочитой условностью пространства и было переполнено жанровыми правилами и архетипами. Nikkatsu фильмы. Фильм недолго продержался в национальном прокате и большого успеха не снискал, но Наката обратил на себя внимание нескольких фестивалей, в которых поучаствовала «Актриса-призрак». Сама по себе идея о духах, обитающих в предметах, не противоречит традициям: в японской культуре призраки и другие проявления паранормального естественным образом сосуществуют с миром людей, распространена также концепция наличия души у бытовых предметов. Главный спецэффект в картине связан с кульминационной сценой появления Садако в финале. Мифунэ стала прототипом матери Садако. Расточитель фильм. Стоит учесть, что жанр хоррора в этот момент находился в ситуации некоторого застоя. Такова, например, преамбула истории Каяко - героини другой японской хоррор-франшизы «Проклятие». Его выход в международный прокат совпал с появлением еще одного феномена в жанре киноужасов - «Ведьмы из Блэр» Эдуардо Санчеса и Дэниэла Мирика. Медитативное погружение в кошмар, как и в случае с «Ведьмой из Блэр», оказалось куда более эффектным, чем бодрые шоковые зарисовки а-ля Крэйвен. Решение данного эпизода - пожалуй, самого известного и одиозного в фильме Накаты - максимально сдержанное. Вполне реальный колодец из истории об Окику и по сей день является одной из главных достопримечательностей знаменитого замка Химэдзи на западе Японии. Конечно, приемы чистого мокьюментари со временем изжили себя. Юрэй и другие призраки Для написания сценария Наката пригласил сценариста Хироси Такахаси, с которым они уже работали вместе над «Актрисой-призраком». Американский ремейк фильма Накаты от Гора Вербински еще сильнее подогрел интерес международной публики к азиатскому хоррору. Именно благодаря этому факту его утвердили в качестве постановщика киноадаптации романа Судзуки. Взрыв интереса запустил конвейер по производству американских ремейков любого мало-мальски значимого азиатского ужастика. Исследователи фильма Накаты и его последующего творчества неоднократно отмечали, что через образ Рейко и историю Садако режиссер поднимает вопрос о положении женщины в современной Японии в сравнении с расстановкой сил в прошлом. Новая поросль ревизионистских французских, канадских, испанских и других фильмов ужасов давно готова буквально наброситься на ничего не подозревающего зрителя, как Садако из телевизора. По сюжету муж Ойвы влюбляется в другую женщину, жестоко расправляется с Ойвой и избавляется от тела, сбросив его в реку. Ревизия хоррора, совершенная «Звонком» одновременно с «Ведьмой из Блэр», перезапустила жанр в ином стилистическом направлении, вдохнув в него своего рода «новую искренность». Благодаря «Звонку» любители хоррора всего мира обратили внимание не только на Восток, но и на другие страны. Новаторским в данном случае является использование именно технологий в качестве проводника сверхъестественного. Этот любопытный и нечастый пример иностранного ремейка, с одной стороны, бережно отдавал дань магистральным темам и атмосфере оригинала, с другой - наполнял сюжет новыми смыслами, успешно пересаживая японские образы в американскую культурную почву. Еще один классический образ юрэй, повлиявший на образ Садако, - призрак девушки по имени Ойва из легенды, известной как «Ёцуя Кайдан». Документальная картина Накаты о Лоузи , к слову, все-таки случилась - она вышла в том же году, что и «Звонок». Англоязычные версии появились у хоррор-хитов «Пульс», «Проклятие», «Один пропущенный звонок», «Темные воды», корейской «Истории двух сестер», гонконгского «Глаза», тайского «Затвора» и многих других. При всех многочисленных реверансах Накаты в сторону мифов и легенд немаловажное место в «Звонке» занимает противопоставление традиционного и нового. Первая экранизация романа, впрочем, случилась на телевидении. Эту концепцию, отменяющую классические схемы по восстановлению справедливости и статус-кво, вслед за Накатой возьмут на вооружение Такаси Симидзу в «Проклятии» и Такаси Миике в . Специфические движения Садако, которые напугали не одно поколение зрителей, были инспирированы традициями специфического японского танца буто, также известного как «танец тьмы» и отличающегося резкими, гротескными движениями. Этот хрестоматийный сюжет о юрэй неоднократно брался на заметку авторами J-хоррора.. В какой-то момент призрак поднимает голову, и мы видим обезображенное лицо убитой девушки. Практически преданная забвению сегодня, эта версия была сюжетно наиболее приближена к оригинальному роману: главным героем, расследующим странные смерти, был журналист Кадзуюки Асакава, «сменивший пол» в следующей экранизации. Сюжетно ближе всего к истории Садако находится японская легенда «Бантё Сараясики» о печальной судьбе девушки Окику, служанки, которая отвергла домогательства самурая, была убита им и сброшена в колодец.

Гатчамен (2013) смотреть онлайн в хорошем качестве

. Она утверждала, что обладает экстрасенсорными способностями, по настоянию профессора из Токийского университета провела публичный сеанс в качестве медиума, после которого была признана шарлатанкой и вскоре покончила с собой. Наката же не делает откровенного упора на демонизации технологий, но показывает мир, где люди уже привыкли полагаться на технические новшества, которые по факту не объединяют их, а лишь делают более уязвимыми, оставляя один на один перед лицом неизбежного. Подчеркнутая минималистичность, с которой сделана картина, рождает у зрителя в некотором смысле эффект присутствия, который будет впоследствии активно эксплуатировать жанр «найденная пленка». «Ведьма из Блэр» была выполнена в жанре полноценного хоррор-мокьюментари, «Звонок» тоже в каком-то роде приближался к документальной форме

Комментарии

Смотрите также